Стратегические планы, но не для охоты

Стратегические планы, но не для охоты

28 февраля Верховная Рада утвердила Стратегию экологической политики до 2030 года, и мы решили разобраться, что ждет отрасль охоты в стратегических планах госорганов.

В пояснительной записке к «Эко-стратегии» указано, что ее цели сформированы таким образом, чтобы ликвидировать причины негативных явлений, а не их последствий. И это хорошо проиллюстрировано на разделе о создании территорий природно-заповедного фонда (ПЗФ) - причиной сокращения биоразнообразия является недостаточная площадь природно-заповедного фонда, поэтому не надо приводить в порядок существующие охраняемые объекты, а надо такие территории увеличивать. Так, несмотря на довольно длинный перечень проблем в системе ПЗФ, Минприроды поставило цель увеличить площадь охраняемых территории в 2,4 раза. Итак, к 2030 году площадь охотничьих угодий, где будет запрещена охота (согласно закону № 2063-VIII от 23.05.17, принятому под давлением антиохотников), должна значительно увеличится, даже несмотря на то, что выполнять свои задачи все уже существующие заповедные объекты пока не в состоянии.

В основных принципах государственной аграрной политики, которые пока так и остаются проектом закона под номером 9162 от 04.10.2018р, охота, в отличие от рыболовства, вообще не упоминается в перечне сфер народного хозяйства, которые стратегия регулирует. Указано лишь, что государство способствует устойчивому ведению лесного хозяйства путем, в том числе, осуществления мероприятий по увеличению численности охотничьих животных, регулирования численности хищных и вредных животных, пропаганды культуры охоты. Мы так понимаем, Минагрополитики (то есть Гослесагентство) в области охоты и так все устраивает, и перечисленных мероприятий достаточно для поддержания отрасли. К слову, еще в 2015 году Минагрополитики была разработана Единая комплексная стратегия развития сельского хозяйства, одобренная Нацсоветом реформ. Ею предусматривалось совершенствование ведения охотничьего хозяйства до 2020 года. В частности, проведение благоустройства охотничьих угодий, улучшение материально-технической базы службы охраны и проведение мероприятий по увеличению охотничьих животных и пропаганды культуры охоты. Для реализации этих планов осталось меньше года, то есть, очевидно, что выполнять эти задачи никто не намерен.

Стратегия устойчивого развития и реформирования лесного и охотничьего хозяйства до 2022 года имеет статус «проекта» с 2017 года, поэтому на реформирование охотничьего хозяйства и со стороны Гослесагентства надеяться пока не приходится.

Все выглядит так, будто чиновники агропромышленного и лесного комплекса не считают, что нам необходимы меры для возрождения охотничьей отрасли. А это в свою очередь позволяет Минприроды, по указанию эко-активистов, реализовывать стратегию абсолютной заповедности, где охота под полным запретом.

Поэтому единственный выход состоит в том, чтобы пользователи охотничьих угодий вместе с охотниками сплотились в единую общественную силу, для того чтобы заставить чиновников провести реформы в нашу пользу. 

Итак, нам приходится воевать не только с антиохотниками, зоозащитниками, но и с равнодушными к судьбе охотничьего дела, чиновниками. Присоединяйтесь к ГС «ВМС» в борьбе за защиту наших прав!